На северный полюс, на сломанных лыжах! {Уже изготовлены пули, что мимо тебя просвистят}
Диана Сергеевна зажгла, даа....

Такая заводная получилась, про лубоффь и предательство. : )

Нашепчи-учи как ты его любила,

как цветы от сока оставляла на татами,

вместо криков выдыхала - мой бамбино!

Тушью на спине якудзы расцветали.

Скромный парень-морячок в клешах индиго,

он ходил в Игарку, в Рио, в Нагасаки,

угощал портовых кошек терпким ромом,

кошки плавились смотрели и вздыхали.



Звёзды тают на груди,

поцелуев шёлк,

я по палубе морей

за тобой пошёл.

Лови блесну!





Нашепчи-учи, как он ложился рядом

и шептал тебе - девчонка-недотрога,

как любил тебя и твой дурной характер,

за руку водил тебя через дорогу.

Ты ждала его сначала, как волчица,

трогала себя, шептала "мой бамбино",

плакала под утро, нервно угасая,

а потом сдалась и вовсе разлюбила.



Звёзды тают на груди,

поцелуев шёлк,

я по палубе морей

за тобой пошёл.

лови блесну!





Сакура цвела, как ты в руках другого,

и следы от сока, как и прежде, на татами.

Те же вздохи, так же ласково - бамбино,

тушью на спине якудзы расцветали.

И перо в него вошло, как в нежный тофу

где-то под Игаркой, то ли в Нагасаки.

Нежный парень-морячок в клешах индиго

по случайности погиб в портовой драке.